Гуру Дакшина

То были дни, когда юные братья — Кришна и Баларама — обучались у великого мудреца Сандипани. Они вели себя как идеальные ученики, служа гуру с трепетом и почтением, любовью и верностью.
Однажды Кришна приблизился к гуру и сказал:
— О, мудрец! Мы часто видим, что твои глаза наполняются слезами, когда ты говоришь с нами. Для такого горя должна быть серьёзная причина. Пожалуйста, поделись с нами. Вернуть радость сердцу гуру — самое святое и благородное служение. Не таись от нас и не сомневайся.
Сандипани притянул к себе братьев и, усадив их рядом с собой, сказал:
— Дети мои, я несказанно рад уже одному тому, что вы находитесь в моём ашраме. Глядя на вас, я вспоминаю сына, которого потерял…
И он разразился рыданиями. Баларама встал на колени и сказал:
— Поведай нам, гуруджи, что случилось с ним и где он, и мы во что бы то ни стало вернём его тебе.
И вот что рассказал им Сандипани:
— Дети! После многих лет подвижничества я был благословлён сыном. Я берёг его и растил с большой любовью. Однажды он пошёл на Прабхаса Кшетру, чтобы совершить святое омовение в море. Он утонул, когда купался. С тех пор горе моё безутешно. Но с вашим появлением в ашраме ко мне пришли радость и утешение. Вы такие добрые, кроткие и послушные мальчики! Мне грустно, так как через день-другой вы покинете ашрам. Вы изучили всё, что необходимо было изучить и вам не нужно здесь больше оставаться. Когда вы уйдёте, моё горе вспыхнет с новой силой.
Кришна встал и, сложив ладони, твёрдо сказал:
— О, лучший из учителей! Нам следует отблагодарить тебя за то, что ты учил нас. Ты передал нам тонкости редчайших наук и искусств. Разве это не наш долг (дхарма) — порадовать гуру! Мы тотчас же отправимся на Прабхаса Кшетру, чтобы найти твоего сына. Если понадобится, мы отвоюем его у моря и даже у бога смерти. Пожалуйста, благослови нас.
Сандипани был уверен в том, что эти двое одержат победу. Он знал, что они — не обыкновенные дети. И он благословил их и разрешил им отправиться в путь.
Баларама и Кришна поспешили к морю. Встав на берегу, они крикнули громко и повелительно:
— Океан! Немедленно верни сына нашего гуру Сандипани, а иначе тебя ожидает суровое наказание!
От этих слов океан задрожал от страха. Он явился перед братьями в облике царя вод, коснулся их стоп и сказал:
— Простите меня, высокочтимые! Здесь нет моей вины. Когда мальчик купался, сама судьба настигла его и завлекла в глубины. Там на него напал морской великан Панчаджана, живущий в подводных гротах, и проглотил его. Это правда. Теперь решайте, как поступать.
Кришна поблагодарил океан за помощь, а потом нырнул на самое дно и нашёл грот, где жил великан. Он распорол ему брюхо, но не нашёл там останков мальчика, ибо Панчаджана передал его богу смерти. В животе у чудовища была раковина, и Кришна взял её и вместе с Баларамой отправился в обитель бога смерти.
У входа он затрубил в раковину, и бог смерти явился перед ними. Увидев братьев, он вежливо спросил:
— Можно ли узнать, что привело вас сюда?
Мальчики приказали ему вернуть сына гуру Сандипани и отдать его им на попечение. Яма ответил:
— Разумеется, я исполню вашу просьбу, если это доставит вам радость. Мои слуги принесут мальчика и отдадут вам.
И через несколько секунд руки Кришны уже обнимали этого благословенного ребёнка.
Баларама и Кришна поспешили назад в обитель гуру. Они привели учителю сына и сказали: — Это наша гуру Дакшина. Мы просим принять её от нас.
Счастье родителей было неописуемым. Они благословляли братьев, и Сандипани лил слёзы радости, сознавая, какой редчайший подарок судьбы ему выпал: ведь его учениками были воплощения Бога!
Даже аватары признают величие своего гуру и соблюдают заповедь Упанишад: «Ачарья девобхава» (почитай учителя как Бога), чтобы показать пример всему миру.

Это случилось в те далёкие времена, когда люди были богобоязненными и невинными, а человек, преступивший закон, был исключением из правил.
Жил на свете человек по имени Вальмики. Он промышлял грабежом и, не колеблясь, убивал людей, если они сопротивлялись.
Тогда же жил на свете музыкант, поэт и замечательный человек Нарада. Люди любили его за весёлый нрав. Он всегда улыбался, шутил, и, если его просили сыграть, никогда не отказывался. Его инструмент был всегда при нём. Он был с одной ст...